+7 915 457 05 05 КонтактыПартнёры

«Арон Бух. Феликс Бух»

17 –го сентября 2010 года в галерее «ЛЕС» откроется выставка «Арон Бух. Феликс Бух». Никогда ещё творчество отца и сына не было объединено одной экспозицией. Это будет их первая, и пока единственная совместная выставка. Продлится она до 24-го октября. Живопись Арона… Мозаики Феликса…

Арон Бух стал общепризнанным Великим художником, — опровергая тем самым свой тезис «Чем выше талант, тем уже круг его поклонников». Наверное, дело в том, что речь идёт уже не о таланте, — а гении…

В галерее «ЛЕС» будут представлены работы разных периодов творчества художника: самые ранние, самые поздние, — точнее всего их характеризуют слова самого Арона:
«…В живописи должен быть запах воздуха. Солнца должно быть больше, чем предмета, так же, как восторга больше, чем красок. Главное в живописи не то, что сделано на холсте, а то чувство, которое эта живопись вызывает. Свет к нам идёт не только от звёзд, но и от всего видимого мира, который мы изображаем. Писать не предметы, а сияние, которое от них исходит…».

Сияние и свет исходят от работ Феликса Буха, сына Арона. От живописных – понятно, но каким образом от мозаики, от этих «мелкомодульных», как он говорит, модулей можно добиться такого эффекта – совершенно не понятно…
Это что же, — генетически передаётся – умение показать не предмет, а исходящее от него сияние?!…
Всё раннее детство сын художника буквально провёл «в красках», в мастерской отца, в общении с друзьями отца, — и будущее, казалось бы, было предопределено…
От предназначения действительно оказалось невозможным увернуться: ни интернат для трудных подростков, ни цирковое училище не остановили вольноопределяющегося Феликса на пути к Его Искусству. (Представьте… фамилия для манежа: «Бух!». Думается, что чувство стиля более, чем мускульная сила, предлагало ему цирковое будущее).
Тем не менее он стал Художником. В начале своего творческого пути младший Бух занимался графикой, живописью, успешно участвовал во многих московских и зарубежных выставках, получал премии, — работы того периода сейчас находятся во многих музеях и частных коллекциях.
Но рисунок взаимоотношений с отцом, и личных и творческих, был чрезвычайно сложен, и Феликс в один момент отказался быть живописцем, — и это при том, что до своего странного решения он уже состоялся, он расцвёл в живописи, он стал успешен – и затем отказался… Как он уверяет, — не из-за отца, а по собственному выбору. Они просто разделили площадь искусств. Вот уже 20 лет Феликс Бух работает в технике мелкомодульной мозаики, в основном – камне и смальте. И сразу же, как только он начал исповедовать иную технику, нежели живопись, — отец признал его творчество. Их примирила мозаика… А примириться этим двум людям, одинаково энергоёмким и неистовым, думается, было трудно.

Арон Бух говорил: «Моя беда в том, что я ничего не приемлю, кроме счастья».
И ничего иного давать в работах своих, (кои прямая проекция личности и т.д.), — кроме счастья, он не мог. Общаясь с Феликсом, понимаешь, что у него система координат, генетически, – отца.
Работы Бухов — как порции счасться!

Феликс Бух создал новый вид удовольствия восприятия мозаик, — это точно! Монументальные информационные поля наскальной живописи, фресок, архаических мозаик, когда-то привольно расположенные – на стенах и скалах, он берёт и переводит в станковую форму. Малые форматы больших энергий – вот что творит Феликс, вот результат его делания.
У него есть красивая история о том, как когда-то он увидел пещеру в Карелии, с наскальными изображениями животных. А через какое-то время из заметки в газете Феликс узнал, что пещера обвалилась. Жили себе тысячи тысяч лет нарисованные неолитом животные – и вдруг перестали. И это безусловно драматично…Феликс и ощутил это как драму – и исправляет ситуацию, возвращая животных своей волей и смыслом вернуть нам всем пра-смысл, пра-живопись. И живут теперь эти животные, и дай Бог им! В его искусстве совсем нет стилизации, никакой фиги в кармане с двойным дном: просто и искренне всё, радостно.
«Мозаика, как вечный и древний материал, вызывает мысли о неразрывной связи времён, о неотъемлимости человека от природы и животных от человека. Поэтому возникают реминисценции наскальных росписей, библейские сюжеты, изображения животных, птиц, рыб, людей, которых я стремлюсь трактовать как знаки и символы божественной сущности мира», — говорит Феликс. Да, мозаика – это знак, и Феликс эти знаки делает, подаёт нам свои особые знаки…

«Главное, выбраться из плена правильности».
Завет Арона сын более чем исполнил. Они оба выбрались из этого плена. Арон начинал как реалист, — и в середине жизни кардинально поменял художественные ориентиры. Сын же выбрал странную, архаическую технику — и сейчас Феликс счастлив своей работой неимоверно. Генетика свободы и пренебрежения правилами оказалась благодатной.

Арон когда-то в юности написал стихи:
«Я родился в день свеченья,
Пробуждения Весны!
Всё сверкало, ликовало,
Говорило: Приходи!
И тогда простору неба
Клятву дал: Живу, пока
Чувства выплесну я в цвете,
Всё приемля и любя!»

Это стихотворение можно считать девизом всего творчества Арона, а зная Феликса, можно утверждать, что «ВСЁ ПРИЕМЛЯ И ЛЮБЯ » — это общее чувствование отца и сына – к жизни.

Лариса Мещерякова, арт-директор галереи «ЛЕС»